Haruki Murakami

 
 

Haruki Murakami

Norwegian Forest, excerpt.



Когда я вот так пишу, копаясь в своей памяти, меня порой
охватывает сильное беспокойство. А что если я из памяти что-то самое главное потерял, думаю я. Что если где-то в моем теле есть некое место, назовем его, скажем, задворками моей памяти, и важные воспоминания там свалены в кучу и превратились в невесомую пыль?

Давно уже, когда я был еще молодой, и эти воспоминания были куда ярче, несколько раз я пытался написать о ней. Но тогда не смог написать ни строчки. Я знал, что стоит написать первую строчку, следом пойдет писаться что угодно, как по маслу, но вот эту одну строчку написать не мог, сколько ни старался. Все было слишком ярко, и я не мог определить, с чего надо
начать. Вроде как слишком подробная карта порой из-за переизбытка деталей оказывается бесполезной.

Но теперь-то я знаю. В конце концов - как я думаю - в такой ненадежный сосуд, как текст на бумаге, можно вложить только ненадежные воспоминания или ненадежные мысли.И еще, чем нечетче становятся во мне воспоминания о Наоко, тем,
думается мне, глубже я начинаю ее понимать. И то, почему она умоляла меня: "Не забывай меня", я только сейчас, кажется, понимаю.


Я думал о себе, думал о прекрасной девушке, шагавшей тогда рядом со мной, думал о нас с ней. И опять о себе. В то время куда ни посмотришь, что ни почувствуешь, о чем ни подумаешь, в итоге все, как бумеранг, возвращалось к самому себе, такой это был возраст.
И еще я был влюблен. Эта любовь затягивала меня в жуткие дебри. Было совершенно не до окружающих меня красот природы.

Однако сейчас первое, что всплывает у меня в уме, это поле. Запах травы, ветерок, дышащий прохладой, горный хребет, лай собаки. Очень-очень ясно. Так ясно, что кажется, руку протяни, и все это можно потрогать.

Однако образ человека на этом фоне не виден. Никого нет. И ее тоже нет. Я думаю, куда же это мы подевались? Как так может быть? Она, которая столько тогда для меня значила, и я, и мой мир - куда это все подевалось?

Да, сейчас я даже лица ее вот так просто вспомнить не могу






.....Такой он был:

СМЕРТь СУЩЕСТВУЕТ НЕ КАК ПРОТИВОПОЛОЖНОСТь
ЖИЗНИ, А КАК ЕЕ ЧАСТь.
На словах звучит просто, но тогда я ощущал это не как слова, а как один
сгусток воздуха внутри моего тела. Смерть была и внутри четырех красно-белых
шаров на биллиардном столе. И живем мы, вдыхая ее в свои легкие, словно
тончайшую пыль.
До того момента я считал смерть чем-то самостоятельным, совершенно
отделенным от жизни. Навроде того, что "когда-то смерть непременно заполучит
нас в свои когти. Однако, с другой стороны, мы никогда не попадемся смерти
раньше того дня, когда она придет за нами".
Мне это представлялось совершенно естественным и логичным утверждением.
По эту сторону - жизнь, по ту - смерть. Я на этой стороне, на той меня нет.
Однако, переступив черту, которую прочертила ночь, когда умер Кидзуки,
я уже не смог так упрощенно судить о смерти (и, соответственно, о жизни).
Смерть не была никакой противоположностью жизни. Смерть реально содержится
внутри того, что именуется "я", и этот факт, как ни трудись, нельзя
проигнорировать. Смерть, поймавшая Кидзуки как-то майской ночью, когда нам было по семнадцать лет, одновременно поймала и меня.
Смутно я осознавал, что серьезность не обязательно означает приближение к
истине.


Создан 17 фев 2006



  Комментарии       
Имя или Email


При указании email на него будут отправляться ответы
Как имя будет использована первая часть email до @
Сам email нигде не отображается!
Зарегистрируйтесь, чтобы писать под своим ником